28 и 29 ноября в Алмате прошел Региональный форум «Укрепление регионального партнерства и сотрудничества по выполнению межправительственных соглашений в области трудовой миграции между КР и РК». Более 60 представителей гражданского общества и государственных деятелей двух стран собрались для того, чтобы обсудить вопросы международного сотрудничества в сфере трудовой миграции. Организаторами мероприятия в Казахстане является ОФ «Общественная позиция» в сотрудничестве с Правозащитным Движением «Бир Дуйно Кыргызстан».

«Свыше 15 тысяч детей мигрантов в данный момент получает образование на территории Казахстана. Несколько лет назад при приеме в школе нужно было предоставлять данные о прописке или вид на жительство. Соответственно нелегальные мигранты этого сделать законно не могли, поэтому многие прибегали к взяткам. Сегодня же родители при приеме в школы должны предоставить дирекции миграционную карточку», — сообщила представитель Управления по защите прав детей Комитета по охране прав детей Министерства образования и науки РК Гульнара Айткулова.

Однако на этом проблемы с положением детей трудовых мигрантов в Казахстане не решаются. Одним из основных нарушений в сфере трудовых прав мигрантов в республике является использование детского труда. «Многие мигранты на сельскохозяйственные работы едут с семьями, и дети им помогают», — рассказал координатор проекта ОФ «Центр содействия Международной защите» в Кыргызстане Акжол Абдукеримов.

Директор Центра содействия трудовым мигрантам в Казахстане Эльвира Ватлина подняла на встрече вопрос о «подушевом» финансировании детей в школах. Уже в 2015 году при приеме в школу у детей будут требовать ИНН. «Что будет, когда детям введут ИНН, и все деньги на ребенка будут поступать в школу, и из этих денег учителям будут выплачиваться зарплаты? Учителям будет просто невыгодно обучать таких детей», — сказала специалист.

Получить идентификационный номер, чтобы полностью пользоваться всеми видами социальной помощи, смогут все, кроме детей иностранцев, постоянно проживающих в Казахстане. Программное обеспечение, присваивающее ИИН, просто не предусматривает введение данных их единственного документа — свидетельства о рождении.

По итогам Регионального Форума была создана Рабочая группа по сотрудничеству в вопросах трудовой миграции, члены которой займутся разработкой рекомендаций для правительств Кыргызстана и Казахстана в области урегулирования трудовой миграции между нашими странами.

Мария Колесникова
http://marie13.kloop.kg/2013/11/29/deti-migrantov-v-kazahstane-lishatsya-prava-na-obrazovanie-i-medpomoshh/

Здравые предположения и предложения профессора Кацева

«Мудростью языка можно только восхищаться. Поставишь какое-то ничтожное «не» — и сразу выявляется потаенный смысл. Ну, не везет с парламентами (или их национальными эквивалентами) на просторах СНГ. То Дума, то Рада, то Жогорку Кенеш – верховная власть и еще много аналогичных образований для малообразованных. А с -  «не» все ясно. Недума, Нерада, Жок горку Кенеш. А когда на вывеске заявлено, что здесь не думают и не радуют, и нет верховенства закона, то и претензий никаких.

В литературе все есть (повторяю это постоянно). Откроешь сегодня сказку «Алиса в Зазеркалье»,  и наша действительность, как на ладони.

В зиндан угодил очередной борец за блага народа для себя («все вокруг колхозное, все вокруг мое» — пели в недалеком прошлом, не подозревая, что эти слова станут гимном тех, кто государственное путает с личным). Посадим одного такого, а здесь -  всенародные протесты с угрозами. И непонятно: он ваше кровное не додал, а вы его политзаключенным представляете… Нет, чтобы потребовать возврат  недоданного, недополученного…ан нет, отпустите «страдальца», пусть сидит там, где сидел…

И избранцы,  вместо того, чтобы вспомнить, что еще вчера ратовали за то, чтобы не оказывать давление на репрессивные органы, чтобы не брать на поруки проштрафившихся коллег, сегодня «рвутся в бой».

Возникает впечатление, что их мучает мысль: «А если следующим буду я?!» И тогда скрупулезно высчитывается, сколько однопартийцев прошло через камеры СИЗО и скольким это удовольствие еще предстоит.

Не страшно. Всегда можно будет принять закон, по которому уголовные статьи станут политическими. И тогда вор и хапуга превратиться в диссидента, отдавшего свое здоровье за счастье будущих поколений.

В очередной раз «обращаюсь к президенту с просьбой»:

а) депутатов лишить высоких зарплат и привилегий, тогда в парламент пойдут люди, заинтересованные в развитии государства.

«Наворовавшиеся миллионеры» во власти – это есть коррупция (сращение криминала с государственными структурами). Депутаты, по мысли автора «Муму», «во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины»,  просто обязаны сменить авто на маршрутки, чтобы окунуться в народную стихию и почувствовать устойчивый неизгладимый дух электората;

б) по примеру ограничения сроков пребывания на президентском посту, необходимо ограничить участие конкретных людей и партий в парламентских выборах. Дважды побывал в парламенте и хватит. И пенсию для бывших избранцев установить среднюю, как для врачей, учителей, чтобы они поняли, что есть достойная жизнь и достойная старость…;

в) на время госслужбы ближайшие родственники становятся «невыездными». Дети  идут  в местные школы и университеты, для жен – работа без права занимать руководящие должности и пр.

И тогда не появится желание поставить журналистов на колени за опубликование данных о той сказочной жизни, которую ведут те, кто серьезно думает, что у них есть мандат на особую жизнь, особую мораль и верховное место в пожизненной иерархии.

Александр Кацев, профессор

Источник:

http://www.vesti.kg/index.php?option=com_k2&view=item&id=24272&Itemid=83

Вдумайтесь. Криминальный авторитет – герой наших с вами детей, братишек и сестренок. Что приосходит в нашей стране, если кумирами подрастающего поколения становятся такие личности, а не выдающиеся ученые, политики, писатели, представители интеллигенции? Почему по отношению к законам у населения выработалось наплевательское отношение?

«В нашей стране законы не работают», — говорим мы каждый день. И это правда. Законы прописаны, Уголовный кодекс существует, есть правоохранительные органы, судебная система – все, как положено в любом государстве. Почему тогда законы не имеют силы, а те, кто их нарушает, занимают места на пъедесталах почета и пользуются уважением у населения?

Власть и законы

Сколько раз мы становились свидетелями того, что местные жители выходят на различные митинги, перекрывают дороги, выставляя свои требования и угрожая захватить областную или районную администрацию, сжечь милицейский участок, избить представителей местной власти? И кто из них понес наказание за нарушение закона? Сколько раз власти на уровне «Белого дома» стушевались, не смогли ничего сделать против творящегося беззакония? Когда управляющие страной боятся выступить перед своим же народом, который их ни во что не ставит и в любой момент может схватить, избить, можно ли нам, простым гражданам, быть спокойными за нынешнее состояние нашего государства и за его будущее?

Вспомним случай, когда Роза Отунбаева была президентом, и мэр Оша Мелис Мырзакматов не подчинился центральной власти, отказавшись уходить в отставку. Я сейчас не затрагиваю политическую сторону этого инцидента и эффективность господина Мырзакматова в качестве градоначальника, а пытаюсь посмотреть на ситуацию исключительно с точки зрения законности. Что говорить о рядовых гражданах, когда непослушание и настолько вызывающее игнорирование авторитета государственной власти происходят на таком уровне? Этим поступком Мырзакматов подал пример остальным и как бы показал, что, в случае чего, в его поддержку соберутся митингующие «единомышленники», которых власти боятся, как чертей. Получается, в стране верховодит не закон, а толпа наемных истеричных провинциалов?

Милиционеры и судьи

Почему не работают законы? Я задаю себе этот вопрос часто, каждый раз, сталкиваясь с примерами коррупции, трайбализма, неуважения сотрудников правоохранительных органов… Кто из нас хотя бы раз не называл милиционеров «мусорами» и не отпускал в их адрес матерные слова? Уверена, почти каждый это делал. Пренебрежительное, если не презрительное отношение к милиционерам является, наверное, показателем того, что в нашей стране блюстители порядка не пользуются  авторитетом.

Попробуйте перечить полицейскому в любой западной стране – вас арестуют за неуважение закона.

У нас не то, что перечить, а обзывать и драться с милиционерами, к сожалению, стало нормой. Нередко я задумываюсь, а сколько из этих граждан, нелестно выражающихся в адрес милиционеров, сами согласились бы пойти работать на их место с их месячным окладом, учитывая каждодневные риски для здоровья и жизни? Ведь случись какое-либо нападение или ограбление, мы сразу бежим к ним за защитой и наказанием наших обидчиков!

Естественно, мы сталкивались со случаями взяточничества и недобросовестного выполнения обязанностей со стороны самих милиционеров, и это не могло не сказаться на уровне нашего к ним доверия. Мы постоянно слышим от разных людей, как они или их родственники оказались жертвами преступников, которые не понесли никакого наказания, потому что после задержания те откупались энной суммой денег и оказывались на свободе. Чаще милиционеры задерживают преступников и «передают» их судебной системе, в которой и принимается большинство несправедливых решений, приводящих к разочарованию населения и его неуважению к правоохранительным органам.

За годы независимости и правления предыдущих управленцев из высшего эшелона власти правоохранительная и судебная системы потерпели крах и нынче находятся в состоянии транзитной комы. Все больше проблем решается не законным путем, а другими способами – через связи, родственников, знакомых, взятки, угрозы. Спрашиваю друга: «Если ты был бы судьей и тебе пришлось судить родного брата, как бы ты действовал?». Вопрос риторический.  Мы ставим родственные связи и прочие общественные понятия выше закона, что очень сложно искоренить. Смогла бы я засудить своего брата, зная, что у меня есть возможность этого избежать? Это довольно тяжелый морально-этический вопрос, правильный ответ на который почти невозможно найти. Да и с такими низкими заработными платами, такими высокими ценами на все и вся любой человек может поддаться соблазну и «пошабашить» в обмен на свою совесть и принципы правосудия.

На что нам остается надеяться в такой ситуации? На то, что меры наказания за взяточничество и злоупотребление должностными обязанностями будут ужесточены до такой степени, что даже брат побоится отпустить брата, зная, что за это он сам будет жестоко наказан.

Депутаты (не) дремлют

СМИ Кыргызстана бьют тревогу каждый день: случаев педофилии становится больше, все больше детей пропадают или становятся жертвами домашнего насилия, растет количество изнасилований. В это время депутаты Жогорку Кенеша занимаются тем, что посвящают большую часть своего рабочего времени на выяснения личных отношений и обсуждение малозначимых вопросов. Из наших с вами карманов – денег налогоплательщиков – формируется и выплачивается заработная плата и различные привилегии депутатам. Соответственно, мы ожидаем, что они будут строить безопасное и процветающее государство.

Сколько времени было потрачено, например, на обсуждение введения запрета на праворульные автомобили в Кыргызстане? На дорогах творится хаос, тысячи водителей с купленными правами, не знающие элементарные правила дорожного движения, ежедневно становятся виновниками трагических смертей и увечий. Не было бы ли целесообразнее ужесточить надзор над автошколами и органами, выдающими водительские права, в разы увеличить штрафы за нарушение ПДД? Запретом на праворукие авто депутаты пытались бороться лишь со следствием, а не причиной массовой проблемы.

Просто праворуких авто намного больше, что отражается на данных милицейских отчетов. В умении управлять машиной, думаю, нет принципиальной разницы, с какой стороны находится руль. Вносить данный законопроект было все равно, что пытаться запретить людям болеть вместо того, чтобы искать причины их болезней.

Пока депутаты на своих заседаниях обсуждают нелепые законопроекты и выясняют отношения, цепляясь за слова друг друга, законность в стране продолжает терять свою силу, а это опасный признак разваливающегося государства. Наказанием преступников занимаются зэки в тюрьмах, вспарывая животы педофилам. В обществе уже романтизируют этих зэков, считая их настоящими блюстителями порядка. Некоторые недоумевают, почему они должны из своего кармана платить налоги, на которые содержатся в тюрьме насильники и педофилы — ведь все равно они буду вскоре осовбождены по разным причинам. Жесткие меры наказания существуют, но почему-то они применяются редко.

Пара-тройка депутатов предлагает решить проблему через биохимическую кастрацию педофилов, а остальные застягивают принятие окончательного решения, ведя споры о разных сторонах этого наказания. При этом предложить что-либо конструктивное, мало кто способен. А вот поспорить, впустую потратить драгоценное время – это пожалуйста, это всегда с превеликим удовольствием. Тем временем, население все больше начинает убеждаться, что те же зэки уж точно накажут насильников по-своему и не станут с этим тянуть. Авторитет растет не у депутатов, не у милиции, не у судей, а у представителей криминального мира. И как следствие, народ начинает уважать не закон, а иные пути обеспечения порядка.  Правильно ли это? Неужели нет эффективных методов, которые можно привести в противовес криминальной романтике?

Как быть?

Почему-то законодатели придумывают все новые законопроекты, когда все уже прописано и необходимо лишь следить за тем, чтобы нарушение законов свелось к возможному минимуму, а меры наказания за жестокие и угрожающие жизням граждан преступления были ужесточены до тех пределов, за которые любой здравомыслящий человек боялся бы ступить?

Конечно, не знаю многих нюансов работы представителей власти и правоохранительных органов. Однако, думаю, какое-то зерно в моих рассуждениях все же имеется. Кроме того я уверена, что со мной согласятся многие сограждане. Невозможно отрицать факт, что ежедневно сотни тысяч кыргызстанцев нарушают множество законов, даже не задумываясь о том, насколько неправомерны их действия. Как рядовые граждане, тем не менее важная составляющая нашего общества, что мы можем сделать с нашей стороны? Прежде всего — уважать государство (каким бы оно не было) и прививать нашим детям понимание того, что закон – это святое, а соблюдение законов – священный долг каждого гражданина.

Возможно тогда, через одно поколение, Кыргызстаном будут управлять люди с совершенно иным пониманием и восприятием государственности и важности законов, как фундамента любой страны,стремящейся к развитию и процветанию. Лишь ужесточением меры наказаний за правонарушения и надзором над их выполнением мы сможем вывести наши законы из состояния комы и вернуть им соответствующую силу.

Алия Суранова

http://rus.azattyk.org/content/kyrgyzstan_syranova-ryspek/25179369.html

К сожалению, президент FIDH Карим Лахиджи не смог приехать, как ему хотелось бы, но он просил меня поприветствовать всех вас и пожелать нам всем от его имени конструктивной и интересной конференции.

Большинство из вас знают FIDH. Это старейшая (существует с 1922 года) и в то же время растущая федерация правозащитных организаций, насчитывающая 178 членских организаций во всем мире.

Из нашего региона в FIDH входит 20 организаций, которые всё более активно участвуют в работе сети. Многие из них представлены здесь сегодня. Мы очень рады тому, что « Казахстанское международное Бюро по правам человека и соблюдению законности » официально вступило в FIDH в ходе прошлого Конгресса в мае этого года, после нескольких лет тесного и успешного партнерства.

В FIDH мы все вместе занимаемся защитой всех прав человека, политических, экономических, прав меньшинств и прав мигрантов. В нашем регионе, как и во многих других, правозащитная деятельность остается крайне небезопасной. Вот почему значительная часть нашей работы в FIDH посвящена и мобилизации международной общественности в защиту правозащитников и организации акций солидарности и поддержки наших членов и партнеров.

Вы знаете, что наш вице-президент Алесь Беляцкий ездил в Усть-Каменогорск, далеко от его родного Минска, чтобы навестить Евгения Жовтиса, когда тот находился в тюрьме; он навещал и Аскарова в Кыргызстане. Когда сам Алесь был арестован, все наши члены очень активно включились в работу в его поддержку, и, несмотря на то, что он по-прежнему находится в заключении, мы уверены в том, что все эти усилия дали ему некоторую защиту от совсем уж полного произвола в заключении и всячески помогли его коллегам и родным.

Мы также работаем и по специфическим региональным направлениям. Одним из наших приоритетов является продвижение и защита прав мигрантов в регионе. В 2009 г. мы встречались здесь в Алматы на региональном семинаре для обсуждения стратегии в отношении трудящихся мигрантов, просителей убежища и беженцев на пост-советском регионе. В 2011 г., следуя рекомендациям данного доклада, мы организовали исследовательскую миссию, в которую входила международная группа экспертов их страны ПРИБЫТИЯ мигрантов (Россия) и страны их ПРОИСХОЖДЕНИЯ (Таджикистан). Наши члены из этих двух стран опубликовали совместный доклад о ситуации с мигрантами со специфическими рекомендациями правительствам обеих стран. Это был непосредственный результат нашего регионального обсуждения в ходе семинара здесь в Алматы в 2009 г., и правозащитная работа, которую мы стали проводить впоследствии, показала, что это был правильный способ действовать сообща, вместе.

В 2012 г., по итогам другого регионального семинара, в котором участвовали многие из вас, мы опубликовали доклад о негативном воздействии на ситуацию с правами человека Шанхайской организации сотрудничества. Аналитическая оценка, данная на региональном уровне нашими членами из шести стран (Россия, Китай, Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан и Узбекистан), показала что рамки ШОС позволили государствам-участникам поставить под вопрос и нарушить многие положения международных правозащитных законов. Это заключение было проиллюстрировано множеством конкретных примеров и было передано ряду межправительственных организаций, которые заявили, что это было первым исследованием подобного рода. Он стало возможно только благодаря совместным усилиям.

Мы активно работаем по проблеме экономических и социальных прав. Так, совсем недавно нами была организована миссия в Беларусь для расследования по вопросу принудительного труда при участии наших коллег из Армении и России.

У нас будет возможность обсудить всё, о чем я говорю, более детально во второй части заседания. Сейчас я хотела бы подчеркнуть следующее: лишь совместное региональное сотрудничество делает нашу работу и усилия эффективными, и поэтому FIDH была очень рада всячески содействовать проведению этой конференции и с нетерпением ждет ее результатов.

Я же, как член Международного правления Федерации из Региона Центральной Азии, постараюсь провести в приоритеты организации основные темы наших сегодняшних дискуссий.

Спасибо.

Толекан Исмаилова

(Bishkek) – Kyrgyzauthorities should immediately, thoroughly, and impartially investigate allegations that police illegally detained and ill-treated three people in connection with an armed robbery. Two of the men were hospitalized following alleged treatment amounting to torture. The authorities should also investigate allegations that the police sought to extort money from relatives of two of the men in exchange for their release.

“The police appear to have grossly stepped outside the law in this case,” said Mihra Rittmann, Central Asia researcher at Human Rights Watch. “Torture is never justified, no matter the crime.”

Authorities should also investigate threatening text messages sent on November 19 to Nazgul Suiunbaeva and Dinara Turdumatova, lawyers representing two of the men in Osh, pressuring them to abandon the case.

Police apprehended Davlet Marazykov, 29, on the night of November 9, 2013, immediately following an armed robbery of US$4.5 million in cash from a businessman from the town of Kara-Suu at Osh city airport. Local media reported that four armed men shot at the businessman’s vehicle, then attacked him and took bags filled with cash. Suiunbaeva, Marazykov’s lawyer, said the businessman’s vehicle hit Marazykov during the episode, breaking his leg. A bag filled with US$1.1 million was recovered from him, the media reports said.

When the police arrived, the officers immediately began to beat Marazykov, including on his broken leg, the lawyer said. When the ambulance came, the police accompanied Marazykov to a hospital but did not allow medical workers to treat him. Instead, they continued to beat him, apparently to coerce him to identify others who participated in the robbery, Marazykov’s lawyer said. The lawyer also told Human Rights Watch that it was only after Marazykov lost consciousness that the officers transferred him to a different hospital, where his leg was operated on.

The lawyer said Marazykov told her that on November 13, the day after his operation, police officers removed him from the hospital for questioning at the police station, where they beat him on the head and on his broken leg for about two hours to force him to answer their questions. Marazykov’s lawyer told Human Rights Watch that after police took him back to the hospital, doctors found he had suffered trauma to his head.

Suiunbaeva also told Human Rights Watch that police had prevented her from meeting with Marazykov on November 11 and 12. She was allowed to speak with him on November 13 after she complained to the Osh city ombudsman, Kyrgyzstan human rights activists, and others, but only in a police investigator’s presence, violating Marazykov’s right under Kyrgyz law to a private meeting.

Suiunbaeva filed a complaint that day about her client’s allegations of torture at the Osh city prosecutor’s office. Authorities have not yet opened a criminal investigation.

She said that police have been pressuring the doctor at the hospital where Marazykov is being treated to release him into their custody. She said the doctor refused, saying that Marazykov was still in recovery.

Kylym Shamy, a human rights group closely following the case, informed Human Rights Watch that two other men from Marazykov’s home town were also ill-treated and tortured on suspicion of involvement in the armed robbery. Relatives of the men, Mirbek Teshebaev, 32, and Farkhat Yulbasarov, 25, told Human Rights Watch that neither was in Osh the day of the crime.

In a statement concerning Teshebaev, but not naming him, Kylym Shamy reported that six plainclothes officers detained Teshebaev on November 13 outside his home near Jalalabad, a town in southern Kyrgyzstan. The police officers introduced themselves to Teshebaev’s father as friends of his son to lure Teshebaev out of the house. They detained him but did not tell his family why or where they were taking him.

Teshebaev told Kylym Shamy that the officers transferred him to Osh, where they held him overnight in an unidentified location and beat him and covered his head with a plastic bag to interfere with his breathing to coerce him to confess to involvement in the robbery. Teshebaev has alleged that the officers used his phone to call his brother, who lives in Bishkek, to demand US$5,000 for Teshebaev’s release.

When the plainclothes officers did not receive the money, they took Teshebaev to Bishkek on November 14 to locate his brother. A relative of Teshebaev told Human Rights Watch that on their way to Bishkek from Osh by car, the officers at one point made Teshebaev stand naked in freezing temperatures. When they reached the city, the officers held Teshebaev in a private apartment, where they continued to beat him all over his body and head, Kylym Shamy reported.

Separately, Yulbasarov’s family told Human Rights Watch that on November 14, plainclothes police officers detained Yulbasarov outside his home in Bishkek and held him in another apartment in Bishkek. The officers kept Yulbasarov handcuffed and pressured him to confess. His lawyer in Bishkek, Dinara Medetova, said they also beat him.

On November 15, the officers located Teshebaev’s brother and forcibly took him and Teshebaev to the same apartment where Yulbasarov was being held. Kylym Shamy reported that the police pressed Teshebaev’s brother to pay for Teshebaev’s release. While his brother was there, Teshebaev tried to hang himself with his shoelaces, Kylym Shamy reported. He was hospitalized and is currently in critical but stable condition.

Yulbasarov’s family told Human Rights Watch that Osh police officers also tried to extort US$5,000 to release him. But after Teshebaev’s attempted suicide, the officers transferred Yulbasarov to the Osh City police station. On November 18, a court approved his detention for 15 days under investigation for the robbery. On November 16, Yulbasarov’s lawyer in Osh filed a complaint with the Osh city prosecutor’s office concerning his illegal detention but authorities have not yet opened a criminal investigation.

Teshebaev and Yulbasarov contend they had nothing to do with the robbery. Marazykov’s lawyer says Marazykov does not deny his involvement.

On November 18, Teshebaev’s lawyer filed a complaint with the Bishkek city prosecutor’s office concerning Yulbasarov’s and Teshebaev’s allegations of illegal detention and torture. The authorities have not yet opened criminal investigations.

The authorities should immediately open a full and impartial criminal investigation into the allegations of torture and ill-treatment and illegal detention of all three men, Human Rights Watch said. The investigation should include forensic medical examinations of Marazykov and Teshebaev, both of whom remain hospitalized.

The authorities should also investigate the allegations of attempted extortion. Teshebaev’s brother has filed a complaint with the prosecutor general’s office.

Torture and ill-treatment persist as widespread problems in Kyrgyzstan and impunity for torture and ill-treatment is pervasive, despite some steps authorities have taken to tackle the problem of torture, Human Rights Watch said.

As recently as November 13, after a review of its most recent reporton the subject to the United Nations Committee Against Torture, the government promised to fix the problem. In his concluding remarks to the UN committee, Deputy Prosecutor General Ulanbek Khaldarov said the government recognizes that torture is a problem in Kyrgyzstan and “is unwavering in the fight against this negative phenomenon.”

“If the government is serious that it is ‘unwavering in its fight’ against torture, it should demonstrate that by ensuring justice for Marazykov, Yulbasarov, and Teshebaev,” Rittmann said. “The prosecutor general’s office should ensure that every police officer involved in their torture and ill-treatment is held to account.”

Очередное громкое дело по коррупции возбуждено в Кыргызстане на днях. На этот раз образ врага решено примерить на депутата парламента Ахматбека Келдибекова. «Ата-Журт», представляющий в Жогорку Кенеше так называемое оппозиционное меньшинство, редеет на глазах и к концу срока полномочий народных избранников пятого созыва такими темпами дружно окажется либо на нарах, либо в бегах.

Команда «фас»

Развернувшая громко в 2011 году борьба с коррупцией не принесла ожидаемых результатов. Несмотря на немалое количество возбужденных уголовных дел, к ответу по закону привлечены единицы. Но власти не теряли оптимизма и заверили, что борьба с этим злом продолжится еще активнее и широким фронтом.

На прошедшем в начале ноября заседании Совета обороны глава антикоррупционной службы ГКНБ Бектен Сыдыгалиев отчитался, что за 9 месяцев 2013 года его ведомство возбудило 22 уголовных дела в отношении 93 должностных и ответственных лиц. Только 12 из них осуждены. Данные Генеральной прокуратуры не менее куцые. Как сообщила глава надзорного органа Аида Салянова, за неполный год возбуждено 982 уголовных дела коррупционной направленности, а раскрыто лишь 268. «В некоторых случаях по различным причинам следствие не доводится до конца. За 9 месяцев суды рассмотрели 411 дел, из них только 29 человек получили тюремные сроки, а 72 — условные сроки наказания. Часть дел приостановлена или закрыта из-за сроков давности», — добавила генпрокурор.

Чиновники убедившись, что выбранный ими путь дал сбой, решили сменить тактику. Тогда же на заседании Совета обороны был объявлен новый этап борьбы и принят очередной документ «Меры по устранению политической и системной коррупции в органах власти КР».

Президент Алмазбек Атамбаев заявил, что «люди, желающие разбогатеть, пусть идут в бизнес, а не на государственную службу». «А то сидит человек в парламенте, который всю жизнь воровал и мультимиллионером стал, и учит людей, мы должны это пресекать. Если хотите заработать на госдолжности, своровать, то будете за это отвечать. И надо снять срок давности привлечения к ответственности за такие преступления, чтобы человек, который своровал на госдолжности, знал, что ответит и через 15 лет», — отметил президент.

«Если хотите бороться с коррупцией, надо начинать с госчиновников, которые заработали, не будучи бизнесменами», — добавил Алмазбек Атамбаев, обращаясь к главам силовых структур, определенно давая им понять, с кого следует начать новый виток громких разоблачений.

Правоохранители команду «фас» поняли правильно. И «мультимиллионера из парламента» Ахматбека Келдибекова задержали. В том, что он отправится в следственный изолятор по меньшей мере на пару ближайших месяцев, никто не сомневается. Очевидно, что суд выдаст санкцию на его арест.

Откуда дровишки?

Задержание Келдибекова мало для кого стало неожиданностью. О том, что член фракции «Ата-Журт» сказочно богат, известно давно. Он и сам этого не скрывал. Его декларация о доходах вызвала возмущение в обществе. Почти десяток дорогих иномарок, несколько элитных квартир, огромной площади особняки и коттеджи, земельные участки и иные объекты — это слишком вызывающе в стране, где почти половина населения живет на грани нищеты. Миф о «мультимиллионере» Келдибекове собственноручно подкрепил сам Келдибеков. Общественность ликует и требует ответа, на какие деньги приобретено это богатство, если его владелец всю жизнь работал на государственной службе и ни дня в бизнесе.

По данным Аиды Саляновой, уголовное дело по фактам коррупции в Соцфонде и Налоговой инспекции возбуждено еще в 2010 году. «Однако расследование было приостановлено в связи с неустановлением лиц для привлечения к уголовной ответственности. Позже дело возобновлено, следствие велось тщательно целый год, пока не стало очевидно, что к преступлениям причастен депутат Ахматбек Келдибеков», — сообщил журналистам руководитель следственной группы Жаныбек Салиев.

К двум уголовным делам добавили еще и историю со спецпредставительствами парламента за рубежом. В бытность спикером Ахматбек Келдибеков якобы незаконно учредил «должность специального представительства по вопросам координации деятельности полномочных представителей ЖК в международных парламентских организациях». На их содержание, сообщают в следствии, израсходовано около 10 миллионов сомов из республиканского бюджета.

В итоге получилось три уголовных дела по двум статьям Уголовного кодекса — «Коррупция» и «Злоупотребление должностным положением». Первое обвинение квалифицируется как особо тяжкое, поэтому задержали депутата и поместили в следственную камеру, и депутатская неприкосновенность не помогла. Генпрокурор обещает еще уголовные дела в отношении Ахматбека Келдибекова, отмечая, что работа и сбор данных продолжаются.

Помнишь, как начиналось?

Первым в постреволюционный период по статье «Коррупция» был привлечен экс-мэр Бишкека Нариман Тюлеев. Случилось это в июне 2012 года — сразу после того как правоохранительные органы, в частности Генпрокуратуру и Антикоррупционную службу, пожурили, что по этой статье не привлечен ни один человек. Дело, как известно, все еще находится в суде. Точка в нем будет поставлена нескоро. Сам бывший градоначальник и тоже представитель фракции «Ата-Журт» уже больше полутора лет сидит за решеткой.

В коррупции обвинили и экс-министра соцразвития Равшана Сабирова, который ранее также был депутатом Жогорку Кенеша — от партии «Ата Мекен». Верховный суд признал его виновным и приговорил к 5 годам лишения свободы.

По этой же статье обвиняется еще один атажуртовец — Курманбек Осмонов. Ему вменяется совершение преступления при заключении соглашения с «Кумтором». Ему припомнили события 2003 года, когда он, будучи вице-премьер-министром, якобы нарушил закон, завизировав документ о реструктуризации соглашения с канадской компанией. Курманбек Осмонов оказался трусоватым и фактически сбежал. Его адвокаты корректно поясняют, что клиент в настоящее время находится на лечении в Санкт-Петербурге.

Еще одно уголовное дело по фактам коррупции возбуждено в отношении бывшего министра транспорта, тоже члена «Ата-Журта» и тоже сбежавшего Нурлана Сулайманова. Этот тоже сказался больным и отправился на лечение летом 2012 года, вроде бы уехав в Москву. До сих пор он не вернулся.

Своя рубашка…

Напомним, борьба с коррупцией была одним из основных предвыборных обещаний кандидата в президенты от СДПК Алмазбека Атамбаева. Обещание свое он на посту главы государства исполняет. Вот и на последнем заседании Совета обороны главнокомандующий напомнил, что «рано или поздно за воровство придется отвечать». Правильно! Так должно быть. «Вор должен сидеть в тюрьме», — любит цитировать известного киногероя Алмазбек Атамбаев. Электорат с президентом согласен. И ждет новых разоблачений.

Тем временем у немалой части общества возникает вполне резонный вопрос: почему на нарах оказываются исключительно те, кто далек от ближнего круга нынешней власти? Почему по «странному» стечению обстоятельств среди подозреваемых и обвиняемых в коррупции и злоупотреблениях оказываются сплошь оппоненты действующей власти или явно раздражающие ее персоналии?

Генпрокурору Аиде Саляновой такие вопросы не нравятся. Она, плохо скрывая раздражение, заверяет: у уголовных дел, которые сейчас расследуются, нет политической подоплеки.

«Генпрокуратура не подвергает уголовному преследованию по партийной или иной принадлежности», — заявила она на заседании парламента, где рассматривали вопрос по Келдибекову. По словам Аиды Саляновой, для надзорного органа нет никакой разницы, кто из депутатов в какой фракции состоит.

«Хочу напомнить, что сыновья трех депутатов уже арестованы и сидят», — зачем-то сказала генпрокурор. Причем тут великовозрастные детки парламентариев и партийная принадлежность последних? Впрочем, и этот саляновский аргумент тоже не выдерживает критики. Отпрысков от власти на нарах нет.

Но заинтриговать главный борец с коррупцией все-таки смогла. «В той же фракции СДПК есть депутаты, на которых есть материалы для возбуждения уголовного дела», — рассказала генпрокурор членам Жогорку Кенеша. Но не пояснила, почему дела не возбуждаются, если материалы есть. То есть Аида Салянова пролила воду на мельницу тех, кто видит в объявленной борьбе с коррупцией явную избирательность.

Тоже пора на нары?

Лидерами жесткой критики со стороны сограждан, бесспорно, являются руководитель фракции СДПК Чыныбай Турсунбеков, мэр Бишкека и тоже от СДПК Иса Омуркулов, лидер «Ар-Намыса» Феликс Кулов. Обыватель в сердцах так и говорит: тюрьма по ним плачет (кто сомневается, загляните в социальные сети, там ежедневно идет бурное обсуждение этих и иных персон).

Несколько дней назад депутатская комиссия пришла к выводу, что градоначальник все-таки причастен к нарушениям земельного законодательства. И грозит передать все материалы следственным органам. На то, что для всех очевидно, сопартийцам Исы Омуркулова понадобилось три года. Пока во фракции СДПК предпочитали делать вид, что ничего не происходит — в Бишкеке почти загубили Карагачевую рощу (там и сейчас активно продолжается возведение элиток и беспощадно уничтожаются деревья). О парке Ататюрка говорить излишне. Земельные участки тут раздаются направо и налево, а мэрия и Иса Омуркулов отмахиваются от гражданских активистов засекреченным генпланом города.

Достаточно напомнить, что градоначальник от СДПК требует утвердить границы парка Ататюрк площадью всего 50,7 гектара, но ведь согласно действующим документам его территория составляет 107 га. Кто-то сомневается, что на выведенных из парковой зоны гектрах совсем скоро опять начнут строительство особняков для баловней жизни? А кто-то положит в карман откаты. И Парк Победы — тоже сфера интересов чиновников города, и тут уже раздали участки, где воздвигают уродливые объекты.

Не об этих ли материалах загадочно сказала Аида Салянова? А может, причина «слепоты» главного надзорного органа как раз в партийной принадлежности Омуркулова?

Кстати, на вопрос, когда начнут возбуждать уголовные дела на представителей других фракций, а не только «Ата-Журта», начальник следственного управления Генпрокуратуры Жаныбек Салиев, крайне разозлившись, в унисон шефу повторил: «Здесь нельзя говорить о принадлежности к какой-либо фракции. Если человек нарушает закон, то неважно, из какой он фракции. Политической подоплеки тут нет. Это депутаты сами политизируют, не следствие». Жаныбека Салиева также разозлил вопрос журналиста о его собственном уголовном деле. «Оно прекращено», — отмахнулся он. Но разве может вызывать доверие работа следователя, который сам был фигурантом уголовного дела? Неужели в Генпрокуратуре не нашлось никого другого, с чистой биографией?

Что касается партийной принадлежности, почему у ГП не вызывает сомнение законность отобранного у Национальной гвардии земельного участка? Разве этот факт — не повод для хотя бы доследственной проверки? Тем более, как заявляют на самом верху, не должно быть сроков давности у коррупционных деяний.

И почему у следственных органов не вызывает подозрение, как богато наладилась жизнь после апреля 2010-го у Чыныбая Турсунбекова? Всего за пару лет главный парламентский социал-демократ успел прикупить ликероводочный завод и коммерческий банк, оформив последний на супругу. А еще, если проявить такое же рвение, как и в случае с Ахматбеком Келдибековым, следователи вполне легко могут выяснить, как еще один заводик — фармацевтический — «странно» оказался оформленным на помощника лидера этой фракции.

Если Генпрокуратура действительно не обращает внимания на партийную принадлежность, то она узнает еще много чего интересного про бизнес того же Чыныбая Турсунбекова. Например, чьи подписи стоят на договоре купли-продажи ранее принадлежащего гражданину России Андрею Чеснокову «Акылинвестбанка»… И президенту страны, наверное, будет интересно, и общественности.

Алмазбек Атамбаев, выступая на Совете обороны, логично заявил: «Пора прекращать практику неприкосновенности, а предлагаемый путь борьбы с коррупцией — это новый этап, а не показуха и популизм». Осталось продемонстрировать заявленное не на словах, а на деле. А пока, как ни крути, но реалии таковы: к уголовной ответственности привлекаются только оппоненты и недруги власти. То есть статью Уголовного кодекса «Коррупция» по-прежнему используют для устранения оппонентов «Белого дома»?..

ИА «24.kg», Махинур НИЯЗОВА, Асель ОТОРБАЕВА
URL: http://www.24kg.org/economics/165081-nazira-raimkulova-v-zakonax-po-nedropolzovaniyu.html

Независимый эксперт Елена Воронина прокомментировала «Региону. kg» законодательную инициативу в отношении некоммерческих организаций.

Вопрос политизации НКО в очередной раз начал активно муссироваться в обществе.

Основанием для этого послужил проект закона о внесении дополнений и изменений в некоторые законодательные акты Кыргызской Республики, который инициировали депутаты Жогорку Кенеша Турсунбай Бакир уулу и Нуркамил Мадалиев.

Планируется внести изменения в Законы Кыргызской Республики «О некоммерческих организациях», «О государственной регистрации юридических лиц, филиалов (представительств)» и Уголовный кодекс Кыргызской Республики.

Законопроектом предлагается введение нового правового статуса для НКО, использующих «зарубежные источники финансирования» – статуса «иностранного агента». Такое определение незаслуженно подорвет саму суть деятельности НКО, которые являются прогрессивными силами в любом развитом обществе и само наличие которых, и есть признак демократичности и развитости такого общества. Инициаторы проекта считают, что некоммерческий сектор не должен заниматься политикой. При этом внятного определения «политической деятельности» законопроект не несет.

Но мне бы хотелось, чтобы депутаты почитали умные книжки или заглянули в словари, чтобы уметь различать смысл слова «политика». Есть политика как борьба за власть или ее удержание, а есть политика в плане тех стратегий, которые существуют, и тех способов решения проблем. За рубежом понятие государственный и общественный – это одно слово, но при этом различаются слова «политикс» и «полиси». Все НКО во всем мире работают в формате полиси, то есть, стараются повлиять на стратегии решения основных проблем или на те стратегии, которые реализуются в стране для того, чтобы изменить их, если они не работают на развитие страны и общества.

Все НКО занимаются так называемой гражданской политикой, и не нужно видеть в них врагов, агентов, шпионов. Некоммерческие общественные организации – это те организации, которые аккумулируют гражданские, общественные интересы и пытаются выразить их, донести до институтов, принимающих решения, до властей. А методов, инструментов гражданской политики достаточно много, и не все из них сегодня еще используются нашими НКО. Но это вопрос времени. Поэтому, прежде чем обвинять неправительственный сектор в политизированности, нужно, прежде всего, четко видеть различия в понятиях и понимать философию НКО.

Да, у НКО много функций. Одна из самых известных функций – предоставление социальных услуг, которые в должной мере не обеспечиваются государством. Другой важной функцией НКО является контрольная функция. Наши правозащитные организации являются «сторожевыми собаками», следящими за соблюдением прав человека и верховенством закона.

Следующей функцией НКО является формулирование и выражение представлений и требований граждан посредством их активного участия. НКО выступают от имени граждан, они являются защитниками, «адвокатами» отдельных лиц или групп людей, их интересов. Другая важная функция НКО – функция формирования общественного мнения.

Именно неправительственные организации вместе со СМИ информируют общественность об альтернативных взглядах на разные вопросы, сами создают альтернативу, и таким образом, создают платформы взглядов и стараются влиять на ход общественного обсуждения актуальных важных тем.

Важно осознать, что НКО производят изменения, они формируют граждан, меняют их сознание, чтобы каждый гражданин понимал, что не человек существует для государства, а государство существует для человека.

Поэтому предложенный проект закона, по мнению, как НКО, так и экспертного сообщества Кыргызстана, концептуально порочен, не нужен, и очевидно одно — узаконивать его нельзя. Ни о каких правах человека говорить здесь вообще не приходится.

Алекс Кремер

Глава представительства Всемирного банка в КР Александр Кремер в интервью Tazabek рассказал о проектах, реализуемых организацией в Кыргызстане, о достижениях за 20 лет, об ухудшении инвестклимата в стране, а также привел аргументы против принятия законопроекта, согласно которому услуги консультантов в рамках госзаимствований не должны составлять более 5% от суммы всего займа.

- В конце октября депутаты Жогорку Кенеша одобрили законопроект, согласно которому услуги консультантов в рамках госзаимствований не должны составлять более 5% от суммы всего займа. В проектах, финансируемыми донорами, расходы на консультантов составляют порой значимую часть проекта бюджета. Если закон будет принят, как это может отразиться на проектах, поддерживаемых Всемирным банком?

- Я думаю, что здесь можно привести термин «Забить гол в свои ворота». Намерения парламентариев были очень похвальными, но они, действительно, забили гол в ворота Кыргызстана. Во-первых, консультационные расходы — это очень важная часть любого инвестиционного проекта. Например, в проекте реабилитации дороги Ош—Исфана, который мы сейчас финансируем, результатом стало то, что путь, который занимал 3 часа, теперь можно проделать за полчаса. Но для того, чтобы выполнить проектную, инженерную части, конечно, необходимы консультанты. И для осуществления надзора за ходом работ, чтобы качество было на нужном уровне, также необходимы были консультанты.

К примеру, недавно мы завершили проект по перемещению радиоактивных отходов в г.Майлуу-Суу. Как можно в такого рода проектах обойтись без консультационных услуг? Нельзя же просто с лопатой и ведром прийти и перенести на другое место. Это надо все тщательно обдумать.

Другой аспект, почему так важны консультационные услуги — это то, что Кыргызстан — страна, где проходят реформы. Я прочитал Нацстратегию устойчивого развития КР на 2013-2017 годы и обратил внимание, что там слово коррупция встречается более 70 раз. Это хорошо, это говорит о том, что и президент, и правительство, и наши граждане хотят лучшей жизни и хотят, чтобы в стране не было коррупции. Но для того, чтобы было устойчивое развитие, необходимо, чтобы был чей-то совет.

Я читал отчеты по результатам обсуждения в парламенте, тут есть один вопрос, который нужно четко понимать. Когда Всемирный банк финансирует какие-то консультационные услуги, это деньги не идут сотрудникам Всемирного банка, это контракты, которые подписываются между правительством КР и индивидуальными консультантами. Как правило, это национальные консультанты. Поэтому я сказал, что это удар в свои ворота.

- Вы сказали, что уменьшение оплаты до 5% от суммы всего займа. Можете ли вы назвать средний размер, сколько процентов от займа должно идти на оплату услуг консультанта?

- Это зависит от проекта. Например, если это крупный инфраструктурный проект, то здесь может быть от 5% до 15%. Но если нас просят оказать помощь по борьбе с коррупцией, то здесь может и до 100% доходить.

Вопрос принятия данного проекта закона — это уже на рассмотрении самих парламентариев, потому что действуем как партнеры и запрос исходил со стороны правительства об оказании консультационных услуг. Но я бы здесь пригласил правительство, граждан, депутатов и представителей гражданского общества, то есть мы открыты и готовы поделиться любой информацией.

По информации представительства Всемирного банка в Кыргызстане, проекты, реализуемые донорами, состоят из так называемых инвестиционных затрат (investment costs) и консультационных услуг (consultancy costs).

Инвестиционные затраты покрывают приобретение товаров, работ и неконсультационных услуг, необходимых для реализации того или иного проекта (например, строительство автотрасс, прокладка водопроводных сетей, закупка медицинского оборудования, оснащение ветеринарных лабораторий и т.д.)

В рамках консультационных услуг привлекаются местные и международные консультанты для проведения обучения, создания институционального потенциала, выполнения различных исследований, инженерной оценки, контроля качества строительных работ и т.д. В консультационные услуги также входят операционные затраты на управление проектами, то есть затраты на проведение ежегодных аудитов и затраты на заработную плату и налоговые отчисления сотрудников отделов реализации проектов (ОРП). ОРП формируются профильными министерствами и ведомствами в целях реализации проектов, финансируемых международными финансовыми организациями.

Консультантами могут являться как частные консалтинговые фирмы, инженерные и управленческие компании, аудиторы, так и агентства ООН и другие многосторонние организации, банки, университеты и исследовательские центры, государственные учреждения, НПО и частные лица.

- За 20 лет сотрудничества как вы можете оценить партнерство банка и республики? Принесло ли оно ожидаемые результаты? Какие еще задачи стоят перед нами?

- Мне не хотелось бы хвастаться достижениями Всемирного банка. Я хотел бы подчеркнуть, что народ Кыргызстана смог за последние 20 лет добиться очень впечатляющих результатов. Но вот в отличие от соседей — от Казахстана, Узбекистана, Туркменистана — природа, можно сказать, обделила страну каким-то природными ресурсами, как газ, нефть и другими ископаемыми. И тот факт, что сейчас экономика выходит на тот уровень, который был до момента обретения независимости, то это только благодаря поту и тяжелому труду народа КР.

Я поясню, что я имею в виду. В начале 90-х годов все центральноазиатские республики пытались продолжать действовать по старому советскому пути, когда все решалось в административном порядке. Кыргызская Республика была первой страной в регионе, которая поняла, что это тупиковый путь и обладала достаточным мужеством для того, чтобы вступить на путь развития по принципу рыночной экономики.

Результаты очень впечатляющие. Половина торгового оборота между Китаем и странами СНГ проходит через вашу маленькую страну. Благодаря усилиям частного сектора, и то, что мы называем теневой экономикой, у нас уровень бедности удалось снизить, в 2000 году он составлял 63%, сейчас он составляет 37%. Конечно, 37% — это все еще большой показатель, много предстоит сделать, но Кыргызстан должен гордиться своими экономическими достижениями и мы рады, что являемся партнерами КР в этой работе.

Что касается предстоящих задач, то в первую половину 2013 года мы провели в развернутых дискуссиях с представителями правительства, парламента, гражданского общества о том, как нам строить последующую работу. Наша стратегия партнерства с Кыргызстаном была принята в июле 2013 года и ключевой аспект этой стратегии — это вопросы управления. Такой подход в стратегии довольно необычен для Всемирного банка, потому что мы стараемся охватить несколько сфер, но в случае с КР решено было основной упор сделать именно на управлении. Здесь все очень просто. С того момента, когда мы приступили к подготовке этой стратегии, мы слышали от КР все время один посыл — мы хотим, чтобы банк оказал помощь в борьбе с коррупцией. Для этого необходимо решить вопрос с управлением.

Я помню, одна женщина в Нарыне, владелица кафе для студентов, обратилась к нам и сказала, что ее беспокоит то обстоятельство, что надо без конца какие-то разрешения, лицензии добывать и это настолько ее утомило, что она уже готова закрыть свой бизнес.

И мы считаем, что если сможем помочь КР в реализации НСУР, которая рассчитана на следующие 4 года, то мы будем считать выполненной нашу задачу.

Сейчас мы как раз занимаемся подготовкой проекта по оказанию помощи ОАО «Северэлектро» в выставлении счетов и сбора оплат за оказываемые ими услуги, чтобы люди платили за потребленную энергию и чтобы собранная сумма кредитовалась на них.

Еще один проект, который будет направлен на оказание помощи владельцам крупного рогатого скота, направлен на улучшение управлениями пастбищами и сельхозугодиями, на сбор оплаты за их использование и организацию того, кто и где выпасает своих животных.

Еще один пример, в 2016 году мы начинаем проект, направленный на модернизацию судебной системы, потому что это центральный момент в борьбе с коррупцией. Это один из моментов, почему мы готовы инвестировать средства в проведение ремонта судебных зданий и обновление информационной системы, которой они пользуются.

Я этого не знал, узнал только на прошлой неделе, что очень часто перед слушаниями и обвиняемый, и свидетели, и защита, и судья — в общем все участники процесса вынуждены ждать в одной комнате. И даже мне понятно, что при таких условиях не всегда будет успешно судопроизводство.

- Вы в своей работе будете ориентироваться только на госструктуры или все-таки на частный сектор?

- В Группе Всемирного банка есть 2 организации — этот офис Всемирного банка и мы можем финансировать правительство, и есть представительство Международной финансовой корпорации (IFC), они как раз финансируют проекты, направленные на частный сектор. И они финансировали несколько крупных коммерческих банков, через систему микрофинансирования они финансируют малый бизнес и оказывают финансовую помощь среднему бизнесу. Они также оказывают консультационную помощь правительственным структурным в том, как лучше работать с частным сектором.

К примеру, на прошлой неделе ВБ и МФК начали совместное исследование о том, как улучшить темпы роста в агропромышленном секторе. Вы можете пойти на «Дордой» и там встретить людей, которые получили финансирование от Группы ВБ. Я встречался с одной женщиной, которая выпускает поддельные адидасовские курточки на деньги Всемирного банка, но, я надеюсь, что Adidas не против.

- Вы говорили, что иностранные инвесторы боятся инвестировать в Кыргызстан. Есть ли у вас конкретные примеры боязни инвесторов или это выводы, сделанные исходя из ситуации в стране? Обоснуйте, пожалуйста, ваше заявление.

- Не будем называть имен. К примеру, примерно 10 месяцев назад парламент принял очередное решение по Кумтору, в результате которого 2 крупных известных инвестора отменили свое решение инвестировать в Кыргызстан. Это были инвестиции в финансовый сектор.

Если говорить о процентных ставках, то если у вас есть доллары и вы их захотите разместить на сберегательный счет, то ставка будет 8-10%. Если вы то же самое делаете в США, то там 1-2%. О чем это говорит для экономиста? О том, что вкладывать деньги в Кргызстане — это дело рискованное, поэтому банки должны обеспечить какие-то дополнительные выгоды, чтобы это было привлекательным для инвесторов.

Но мы уже в неофициальном порядке слышим, что за последние 3 года ситуация улучшилась в этом плане. Ситуация такова, что какие-то крупные коррупционные схемы, которые имели место до 2010 года, вот этот момент пошел на убыль.

Например, что Всемирный банк может сделать в этой сфере, мы хотели бы документировать уровень риска коррупции, с которым сталкиваются фирмы. Например, IFC проводит такую работу с частным сектором о том, каков момент коррупционности при уплате налогов.

Сейчас моя коллега из Вашингтона проводит такое исследование с потребителями ОАО «Северэлектро» и интересуется мнением об уровне тарифов и уровне обслуживания. Также у нас скоро начнется исследование среди граждан КР, их мнение о том, на каком уровне эти коррупционные схемы находятся и сколько им приходится давать взятки за то, чтобы получить какие-то государственные услуги.

Мы, как представители Группы ВБ, можем сказать, что правительство КР сейчас находится на верном пути, то есть налицо улучшение условий для проведения бизнеса и ведется работа в плане снижения коррупции. Мы с удовольствием отметили тот факт, что президент подписал указ о борьбе с коррупцией.

- Вы 2 раза упомянули ОАО «Северэлектро». Это будет проект только по одной распределительнойэнергокомпании или есть параллельные проекты в данной сфере?

- Этот конкретный проект направлен только на «Северэлектро», но в прошлые годы мы финансировали другие проекты в секторе энергетики, например, восстановление ТЭЦ г.Бишкек или подсоединение заново к электроснабжению разрушенные дома на юге.

- В Кыргызстане прошли две международные донорские конференции. Как вы считаете, по прошествии времени достигли ли стороны реализации тех задач, которые были поставлены перед ними? Есть ли в целом эффект от проведения подобных мероприятий?

- Фактически я на двух конференциях присутствовал, та, которая в 2010 году была, — это был мой третий день пребывания в Кыргызстане. И три года спустя совместными усилиями Всемирного банка и правительства была организована вторая конференция. И если посмотреть на то, что сделано за эти 3 года, то тут смешанные чувства: и удовлетворения, и разочарования.

Что касается достижений в экономической и социальной сферах, то можно сказать, что реальность превзошла самые оптимистичные прогнозы, которые были сделаны в 2010 году. Я помню, что в июле 2010 года многие люди говорили о риске фискального коллапса из-за событий, которые произошли тогда. И проблемы из-за этих событий не завершились, потому что в 2011 и 2012 годах было значительное повышение цен на товары, а в 2012 году еще началось схождение ледника на Кумторе. И мы каждый день читаем о проблемах, с которыми сталкиваются европейские страны, но ни одна из них с теми проблемами, которые существуют в Кыргызстане, не сталкивалась. И при всем при этом правительству КР удается оставаться в рамках тех договоренностей, которые с МВФ заключены и по каким-то показателям даже превышать эталонные.

Помимо принятия такой взвешенной качественной Конституции был взят курс на очень смелые амбициозные реформы и это очень правильное направление, потому что эти реформы предусматриваются и в частном секторе, и в создании лучших условий в бизнесе, и в борьбе с коррупцией.

Что огорчает? Очень много что предстоит сделать и вот этот процесс совершения действий очень сложно проходит. На местах особенно. Ожидания со стороны граждан очень высокие, особенно после революции 2010 года. Но полное преобразование государства, то, что сейчас происходит — это марафонская дистанция, это не спринт. Приведу пример.

Первый вице-премьер Джоомарт Оторбаев высказал очень хорошую идею — консолидировать все планы по реформированию в одну такую дорожную карту. Чтобы все запланированные мероприятия можно найти в одном месте и это облегчит мониторинг. Спорить с этим никто не будет, идея замечательная. Но поскольку эти мероприятия на многих уровнях проходят, потребовался почти год, чтобы все собрать и обобщить. Поэтому граждане КР, члены парламента, правительство, господин Оторбаев и я хотим видеть, что все это приходит в движения, что что-то делается, но сам масштаб этих реформ огромен.

- Первый вице-премьер Джоомарт Оторбаев недавно высказал критику в отношении одной международной организации, которая, по его словам, не оказала достаточной консультационной помощи. По вашему мнению, Кыргызстан в достаточном количестве получает такую помощь от международных организаций? И не злоупотребляет ли страна этой помощью?

- Говоря о мнении Дж.Оторбаева, Всемирный банк отклонил просьбу об оказании консультационной помощи в отношении Кумтора. Дело с Кумтором приняло политический оборот, а мы не являемся политической организацией, поэтому эти вещи несовместимы. В результате было принято блестящее решение, когда в качестве консультантов были привлечены представители частного сектора.

Потребность КР в помощи огромна и Дж.Оторбаев прав в том, что он говорит, мы не можем удовлетворить все потребности, потому что у нас бюджет тоже ограничен. Но я был рад услышать такое мнение о том, что недостаточно помощи, это значит, что она ценится и востребована. Было бы хуже, если бы сказали, что помощи и консультаций слишком много.

- Вы сказали, что вы не политическая организация и не можете консультировать по политическим вопросам. Но недавно он сообщал, что вы предложили свою консультационную помощь в этом вопросе.

- Что касается переговоров между правительством КР и Centerra Gold Inc., Всемирный банк никогда не предлагал консультационную помощь.

- Не считаете ли вы, что Кыргызстан стал зависим от внешних заимствований? Может быть, в целях сокращение внешнего долга стоит уменьшить количество привлекаемых внешних средств?

- Это все очень просто, это как вести бюджет домашнего хозяйства. Во-первых, есть программа по сокращению дефицита бюджета, согласованная с МВФ, и мы эту программу поддерживаем. Но и в конечном итоге соотношение госдолга к ВВП улучшается, хотя по мнению многих, оно ухудшается. Огромное достижение — в 2010 году соотношение госдолга к ВВП страны было 60%, сейчас только 49%, это хорошо.

Но что нас беспокоит, это то, чтобы консолидация государственных расходов носила плановый характер. И мы следим за тем, чтобы, как образно говорится, отсечь жир, но мышцы не затронуть. Что вызывает озабоченность, так это то, что не всегда понятно, где мы хотим добиться экономии, какими способами и эффективны ли эти способы. И мы уже завершили исследование о сокращении государственных расходов, которое мы предоставим на рассмотрение правительства, в таких сферах как здравоохранение, образование, пенсии, социальной сфере и энергетике. И мы надеемся, что этот обзор подскажет правительству какие-то мысли, идеи о том, как продолжать рационализацию, консолидацию государственных расходов.

- Процентные ставки коммерческих банков по кредитам в Кыргызстане постоянно держатся на высоком уровне. Многие связывают это с высоким уровнем госзаимствований средств. Может ли банк помочь (рекомендациями, техпомощью, привлечением инвесторов) Кыргызстану в привлечении дешевых «длинных денег»?

- Есть много стран, в которых в результате большой степени заимствований процентные ставки серьезно выросли, но Кыргызстан не относится к числу этих стран. Даже с учетом государственных заимствований в банковской системе сохраняется высокий уровень ликвидности. Поэтому госзаимствования не являются причиной высоких процентных ставок. Причина в том, что финансовый сектор КР считается рискованным и именно по этой причине депозиты по долларовым ставкам составляют 8-10%, тогда как в других странах показатель составляет 1-2%. С удовлетворением хочу отметить тот факт, что наконец-то по прошествии 18 месяцев парламент ратифицировал наш проект по развитию финансового сектора КР. И этот проект, по которому финансирование также предоставит правительство Швейцарии, поможет Национальному банку КР сделать так, чтобы финансовый сектор страны был менее рискованным.

Но тут хотел бы сделать еще одно примечание. Много говорится о том, что ставки микрофинансовых компаний очень высоки. Тут очень важно понять, почему процентные ставки микрофинансовых компаний выше и они должны быть выше, чем в банковской системе. Берете ли кредит в 500 долларов или в 50 тыс. долларов, затраты финансового учреждения на оформление кредита будут примерно одинаковыми. Потому что объем бумажной работы будет примерно одинаковым, оценку заемщика надо провести и все операции тоже похожие. И поскольку микрофинансовые выдают меньшие по объему кредиты, а затраты у них на оформление те же самые, то это отражается на процентных ставках.

Микрофинансовый сектор КР широко известен за пределами страны и многие специалисты из-за рубежа приезжают, чтобы изучать наш опыт и создать что-то аналогичное у себя. Прежде чем я приехал сюда, один мой друг, который работает в ФАО в Риме, он сказал, что мне повезло, потому что Кыргызстан известен в мире как страна с одним из лучших микрофинансовых секторов. Поэтому если мы установим какие-то ограничения на процентные ставки кредитов, это будет очень опасное решение, потому что мы можем убить какие-то очень важные полезные вещи этим.

- Всемирный банк выражал готовность оказать содействие Кыргызстану в строительстве железной дороги Китай—Кыргызстан—Узбекистан. Вы говорили, что это будет проект нескольких сторон, инвесторов. Есть ли на сегодняшний день претенденты на участие в данном проекте? Есть ли заинтересованные организации, страны?

- Просьба к нам была не финансировать проект, а провести экономическую и финансовую оценку. Мы завершили оценку и проектный вариант этого документа готов, несколько недель назад его подготовили. Он передан правительству, но поскольку информация конфиденциальная, то это на рассмотрении правительства. Проект огромный, на несколько миллиардов долларов, поэтому действительно решение должно быть за правительством.

- Можете ли вы высказать ваше мнение относительности необходимости публикации информации о доходах чиновников, замещающих госдолжности? Должна ли это быть доступная информация или все-таки это информация личного характера?

- В разных странах по разному. Тут необходимо соблюсти баланс между подотчетностью на государственном уровне и частной жизнью этих лиц. Мы как раз сейчас обсуждаем реформы в этой сфере с Государственной кадровой службой, я надеюсь, что в ближайшие несколько недель какое-то решение будет принято. Мы надеемся, что следующая операция по поддержке бюджета будет сопровождаться конкретной матрицей действия, которая будет в том числе включать реформы в этом секторе. Первым этапом будет отчетность государственных служащих независимому агентству, органу.

Всемирный банк поддерживает это постановление, которое было принято в марте 2013 года об отчетах госслужащих по своим доходам. То есть решение по декларациям принято. И что обсуждается сейчас, так это проверка этих деклараций.

Насколько мне известно, вопрос публикации этих деклараций не обсуждался. Я могу привести в пример себя, так как я тоже госслужащий и я обязан ежегодно сдавать декларацию по моим доходам. Но я сдаю ее в независимое агентство и эта информация конфиденциальна.

http://analitika.akipress.org/news:4925/

Три года назад парламент Кыргызстана пятого созыва приступил к своим обязанностям. Прошедший срок мог бы стать поводом для подведения итогов работы законодательной ветви власти. Но об эффективности нынешних избранников говорить не приходится…

Когда ума палата

Триумфальная победа партии «Ата-Журт» с ярко выраженной националистической окраской, собравшей под своими знаменами преимущественно бывших соратников второго свергнутого президента и его родственников, повергла в шок всех, а не только ее оппонентов, на парламентских выборах-2010.

В штабе организации ликовали. И было отчего. Ведь «Ата-Журту» удалось получить большое количество депутатских мандатов, а вместе с ними — и право диктовать свои условия при формировании коалиционного большинства.

Вчерашние оппозиционеры в лице СДПК и «Ата Мекена» (а с ними и традиционно меняющий политическую окраску «Ар-Намыс») осознавали, что придется принимать правила игры, которые им предложат друзья и приближенные Курманбека Бакиева.

Но «Ата-Журт» сгубили собственная дурь и ничем не оправданная самонадеянность. Большая политика требует ювелирной работы, тем более на подготовительном этапе. Уверенная победа, похоже, отбила и чувство самосохранения у ее депутатов. В итоге коалицию большинства сформировали заклятые друзья — СДПК, «Ата Мекен» и «Республика». Однако эта коалиция продержалась недолго (она не смогла избрать спикера). Три дня существования первого большинства — это рекорд. Безусловно, со знаком минус.

За три года работы Жогорку Кенеша пятого созыва фракция «Ата-Журт» изрядно истрепалась. Кто на нарах, кто в бегах. Еще трое, как известно, лишены депутатских мандатов по решению Центризбиркома. Вновь прибывшие вместо Камчыбека Ташиева, Садыра Жапарова и Таланта Мамытова вряд ли смогут стать достойной заменой.

20 лет коту под хвост?

Вечно находящаяся в оппозиции Социалистическая партия «Ата Мекен» стремительно теряет авторитет. С таким трудом и при двадцатилетних лишениях шедшая к олимпу власти политическая организация Омурбека Текебаева, похоже, тоже была опьянена, но победой апреля.

Первый звонок для ее лидера прозвенел, когда трем фракциям удалось вытеснить за парламентское большинство «Ата-Журт» с его демонстративными победными 8,7 процента против 5,4 процента социалистов. Омурбека Текебаева цинично «прокатили» соратники по революции. Он не смог стать торага Жогорку Кенеша. Хотя — и это видели все — был уверен в том, что депутатский корпус его изберет. Голосование, состоявшееся 2 декабря 2010 года, оказалось провальным. За кандидатуру Омурбека Текебаева проголосовали всего 58 депутатов. Это был удар ниже пояса. Возможно, уязвленное самолюбие главного социалиста страны, к тому же изрядно уставшего от вечной войны с незримым врагом, сыграло с ним злую шутку.

Заслуженный юрист КР стал шарахаться из крайности в крайность. Вот немногие его законодательные инициативы — откровенно говоря, никчемные и непонятные. Омурбек Текебаев спорил с коллегами и все-таки заставил их согласиться с отменой института губернаторства и введением должности «бий». Да, да, в текебаевском законопроекте так и было написано: бий. Позже слово заменили на всем понятное «полпред». Спустя полтора года в Жогорку Кенеше вновь заговорили о главах региона. Коллеги Текебаева требуют вернуть губернаторов. Он не сопротивляется. Стоила игра свеч?

Следующей его жертвой стали Нацбанк, заемщики, премьер-министр Омурбек Бабанов (впрочем, оба Омурбека стоят друг друга и обнажили всю неприглядность отечественной политики). Затем случился мародерский скандал, который вряд ли позволит «Ата Мекену» вернуть былой авторитет.

И, похоже, Омурбек Текебаев пошел ва-банк. Нынче у него две кандидатуры на уничтожение — правительство Жанторо Сатыбалдиева и компания «Кумтор»…

С такими друзьями и врагов не надо

Искренне сочувствую президенту страны, чью партию (СДПК) в Жогорку Кенеше представляют не самые лучшие ее выдвиженцы. Но также искренне не понимаю Алмазбека Атамбаева, явно знающего о своих однопартийцах больше, чем кто бы то ни было. Гнал бы их, пока не поздно.

Фракция СДПК все больше и чаще напоминает своих предшественников из акаевской «Алга, Кыргызстан!» и бакиевской «Ак Жол». Те тоже, освоившись в депутатских креслах, вооружились надменностью, высокомерием и спесью. Наверное, забыв, что для осуществления законотворчества все-таки важнее другое. Ну и образование, самообразование, работа над собой или, по меньшей мере, изучение опыта тоже не помешали бы. Разумеется, положительного опыта. Но апрельским баловням не до того.

Достаточно вспомнить социал-демократический поучительный тон (впрочем, это свойственно всему составу ЖК), который у них, депутатов, нынче в моде.

Продуктивностью члены СДПК тоже не блещут.

Из последнего. Исмаил Исаков сокрушается, что премьер-министр позволил себе вылететь в Москву на лечение, когда, дескать, местное здравоохранение дышит на ладан (действительно дышит). Отчего бывший глава Минобороны не возмущен тем, что его собственный сын не доверился местным педагогам и отправился учиться в США?

Авторитетный юрист Галина Скрипкина попыталась заткнуть рот журналистам, но под давлением общественности отозвала свою инициативу. Достойно уважения, ведь способность признавать свои ошибки — тоже характеристика человека. Но Галина Скрипкина, скорее, исключение из правил.

Или Мамытбай Салымбеков, предложивший отменить мораторий на смертную казнь. Конституцию в руках не держал? Или популистские заявления с парламентской трибуны — «наше все»? Еще Мамытбай Салымбеков призывал чиновников… закрыть на время осенних полевых работ границу с Казахстаном. Он искренне полагал, что это поможет родным крестьянам собрать и продать урожай.

В рекордсменах, конечно, Ирина Карамушкина. Ей мало публично переругиваться с другими депутатками в стенах парламента (взаимная любовь у нее с Жылдызкан Джолдошовой — в выражениях не стесняются обе). Она успевает отвешивать и журналистам. Нашего корреспондента Дарью Подольскую и вовсе заподозрила… в шпионаже. Но это мелочи. У Ирины Карамушкиной энергии и фантазий хватит на много лет вперед. Вспомните, как она на полном серьезе предлагала назвать одну из звезд в галактике именем героя эпоса «Манас». Еще она предлагала обязать осужденных, находящихся в тюрьмах, изучать эпос «Манас» — для повышения сознательности.

Перечислять можно много и поименно. Но весьма показательным станет такой пример. Просто венец парламентской работы!

В ноябре 2011-го во фракции СДПК шло обсуждение текущей повестки дня. В ней, помимо прочего, был вопрос о финансировании спецпредставителей Жогорку Кенеша в других странах. Социал-демократы гоняли чиновника из Минфина и допытывались, чем будут заниматься эти спецпредставители. Депутат Дамира Ниязалиева так и спросила заместителя министра финансов Арзыбека Кожошева в лоб: на что предусмотрено 18 миллионов сомов в бюджете по статье «Спецпредставительства»? Арзыбек Кожошев рассказал, что Жогорку Кенеш решил создать институт спецпредставителей за рубежом. «Мы лишь выполняем решение парламента и предусматриваем средства. Я не могу сказать, каковы функциональные обязанности этих представителей. Только знаю, что один из них будет работать в Москве (Россия)», — сказал чиновник.

А сам лидер фракции Чыныбай Турсунбеков признался, что не знает, когда и зачем ввели институт спецпредставителей. «Непонятно, зачем они нужны и какие дела парламента они собираются решать в других странах», — добавил он.

Что добавить? Спецпредставителей, к счастью, позже упразднили.

Сам Чыныбай Турсунбеков — тоже яркий пример своих предшественников. Удивительно легко он приобрел ликеро-водочный заводик, затем признался, что компания «Акун-Суу», которая поставляет воду для ЖК, с ним аффилирована, потом еще банк приобрел, записав его на имя дражайшей половины…

Мелочь пузатая

Достойны депутатов от СДПК и их коллеги из «Ар-Намыса» и «Республики». Камила Талиева, будучи еще депутаткой (ныне она вице-премьер), сокрушалась, как дорого лечиться в спецполиклинике, и требовала предоставить слугам народа эту возможность бесплатно. Другой арнамысовец — Турсунбай Бакир уулу — жалуется, что на ремонт служебного авто выделяется мало денег. Он — достойный соперник Ирины Карамушкиной (по бредовости инициатив). Такими темпами и бывшего омбудсмена можно будет заподозрить в классовой нелюбви к СДПК. «Мамат Орозбаев (депутат от СДПК) живет надо мной. Он пять раз меня затапливал и не собирается проводить ремонт. Мне что, в суд на него подавать и судиться? Надо прописать данные нормы в регламенте», — призывал к щедрости коллег и налогоплательщиков Турсунбай Бакир улуу. Нынче он увлекся борьбой с иностранными НПО. Шпионы они, говорит, а значит нужно их истребить. Пытался даже закрыть популярный форум «Дизель».

Чего только не предлагали наши избранники — наказывать за неправильное изображение тундука, переписать гимн, перерисовать герб, не выпускать молодых кыргызстанок за рубеж, переименовать районы, улицы и города, обеспечить всех школьников планшетниками… Планшетниками, к слову, озаботился и член СДПК Эгемберди Эрматов. Тот, правда, требовал гаджеты для парламентариев — 120 штук.

А арнамысовец Эсенгул Исаков предлагает отстреливать животных, занесенных в «Красную книгу». Он уже инициировал законопроект, разрешающий иностранным охотникам отстреливать животных шести видов (в том числе белокоготного медведя, горного гуся и марала).

А его коллега по фракции Кожобек Рыспаев и вовсе устроил форменную истерику, выступая против изъятия у депутатов госномеров серии KG. «Нас всего 120 человек, мы работаем с думой о народе! Депутатам необходимо создать условия, а у нас номера хотят забрать», — искренне возмущался он.

И только один из 120-ти признался, что понятия не имеет о высокой миссии депутатства.

«Нам никто не рассказывает, как вести себя и о чем говорить на международных встречах», — в порыве откровений посетовал Кенжебек Бокоев. Видимо, поэтому одни члены ЖК на официальных визитах шастают в спортивных костюмах, другие напиваются так, что стыдно вспомнить. А что болтают — страшно и представить.

А как дерутся наши депутаты! Самозабвенно. С кровью, с рваными рубашками. И норма, когда на пленарном заседании из 120 человек присутствует всего лишь пара десятков…

Думаю, достаточно?

Только цифры

58 депутатов Жогорку Кенеша, в том числе 4 женщины, владеют 154 единицами огнестрельного оружия.

Депутаты парламентской фракции «Ар-Намыс» больше всех истратили денег на служебные поездки. Согласно ранее озвученным данным, сумма их командировочных расходов составляет 948 тысяч сомов.

Некоторые слуги народа пятого созыва получают до 150 тысяч сомов в месяц.

На 2011 год и следующий — 2012-й — управление делами парламента заявило потребность ЖК в сумме 889 миллионов 786 тысяч 400 сомов. Из них на заработную плату — 709 миллионов 311 тысяч 400 сомов.

По данным Минфина КР (май 2013-го) только за апрель из бюджета ушло 87,6 миллиона сомов. По итогам 2012 года из бюджета на содержание всего ЖК потрачено 770 миллионов сомов.

Данные за апрель 2013-го: на служебные поездки потрачено 3,6 миллиона сомов, а общие транспортные расходы парламентариев составили 7,3 миллиона. На 3,5 миллиона приобрели прочие услуги, а на 74,6 тысячи сомов — продукты питания. Коммунальные услуги и услуги связи — 3,4 миллиона сомов. Кроме того, «Прочие расходы» составили 4,6 миллиона. Расходы на обслуживание гаража — 828,5 тысячи сомов.

По предварительным данным, сумма расходов на содержание парламента за 2013 год может превысить один миллиард сомов.

ИА «24.kg», Асель ОТОРБАЕВА       

URL: http://www.24kg.org/politic/162469-sergej-naryshkin-vlasti-kyrgyzstana-uverenno-i.html